После свержения Гетмана, логично бы было, чтобы возобновила свою деятельность, разогнанная им, Центральная Рада, однако Директория ее не созывала. Хотя она, по словам Винниченко, была "Украинским Совдепом" и из 792 ее членов 772 были социалисты, Директория не считала ее "соответствующей духу времени" и решила созвать, так называемый "Трудовой Конгресс", в соответствии с, провозглашенным ею, принципом (декларация 26 декабря), что — на Украине "власть должна принадлежать только классам работающим — рабочим и крестьянам" и, что "она передаст свои права и полномочия только трудовому народу Самостийной Украинской Народной Республики". Об Украинском Учредительном Собрании, которое не могло быть выбрано год тому назад, никто и не вспомнил, считая, что всеобщее право голоса (что было предусмотрено при выборах в Укр. Учред. Собр.) "теперь устарело".
Наскоро был составлен закон о выборах в Трудовой Конгресс, согласно которому были лишены права голоса почти все культурные силы. Так, например, врачи не считались "трудовым элементом", а потому права голоса были лишены; фельдшера же могли голосовать. Только после длительных переговоров с законодателями киевские врачи добились для себя права голоса, да и то не все, а только те, кто "не имел нетрудового дохода", например, от квартирной платы в собственном доме, если он сдавал хотя бы одну квартиру. Об этом рассказывает в своих воспоминаниях бывщий член Малой Рады, А. Гольденвейзер (в т. 6, "Архив Русской Революции").
Выборы в Трудовой Конгресс не вызвали никакого интереса у населения и далеко не везде могли быть проведены в следствии анархии. Не мало было случаев, когда в населенных пунктах в несколько тысяч голосовало всего десяток-два "трудового элемента". Тем не менее, Конгресс был "выбран" и день его созыва был назначен на 22-ое января.
Не ожидая созыва Конгресса, Директория 8-го января подтвердила национализацию земли и объяснила, что на Украине на землю права частной собственности не существует; землей можно только пользоваться, а не владеть.
Перед Конгрессом стояли огромные задачи по организации всей жизни на Украине, а кроме того вопрос о воссоединении с Галицией, вставший после провозглашения ее независимости (в ноябри 1918 года).
Еще 1-го декабря между Директорией и "Западно-Украинской Народной Республикой" был в Фастове подписан предварительный договор о будущем слиянии двух украинских республик. Этот договор 8-го января был утвержден Украинской Национальной Радой в Станиславове, однако с оговоркой, что ратификацию договора должно произвести Украинское Учредительное Собрание, созванное с территории всей Украины, а до этого ЗУНР (Западно- Украинская Народная Республика) остается со своим отдельным, как законодательным, так и административно-исполнительным органом власти. Эта оговорка имеет огромное значение, т.к. в дальнейшем благодаря ей существовало два правительства и две армии, пока на Украине (надднепровской) не установилась советская власть, а в ЗУНР — польская, и оба правительства бежали.
Как утверждают многие украинцы с Великой Украины, оговорка эта, формально, не дает права уроженцам ЗУНР-ки участвовать в общественно-политической жизни Украинцев-надднепровцев в эмиграции. С точки зрения формально-юридической, нельзя не признать, что они правы, хотя Трудовой Конгресс и декларировал слияние двух украинских республик — так называемую "Соборность Украины".
Конгресс открылся в Киеве 23 января 1919 г., когда уже почти вся Украина была под властью украинского советского правительства (Харьковского), а украинские советские части, во главе с Таращанской и Богунской дивизиями, подходили к Киеву.
Директория это освоение Украины считала войной с Советской Россией и слала протесты в Москву, а Москва отвечала, что войну ведет не она, а Украинское Советское Правительство.
На обвинения Директорией Москвы в помощи Харьковскому правительству Москва ответила, что наличие помощи она не отрицает, но эта помощь численно неизмеримо меньше чем та помощь, которую несколько месяцев тому назад Центральная Рада в борьбе с Харьковским Правительством получила от Германии и Австрии. Директория этот ответ запретила печатать. О нем осведомили Киев, в своих летучках, киевские большевики.
О том, правы ли большевики, что Украина освоена украинскими же большевистскими силами, или говорят правду сепаратисты, утверждая, что Украина "завоевана москалями", а все украинцы-антибольшевики, — можно судить по высказываниям такого, высоко компетентного лица, как социалистический премьер Самостийной Украины Исаак Мазепа. В его книге "Украина в огне и буре революции" на стр. 118 написано: "Большевики правы, когда писали, что Украину они освоили не столько вооруженной силой, как силою своей пропаганды". На стр. 127 той же книги Мазепа пишет: "наши войска отступают почти без боя, главным образом потому, что им приходится бороться преимущественно со своими братьями-украинцами". На той же странице: "Как известно, в это время против украинского фронта большевики бросили главным образом украинские формирования, как Богунскую, Таращанскую дивизию и др. Русские и другие части были сосредоточены, преимущественно, на, так называемом, южном фронте — против армии Деникина".
Стр. 131: "красногвардейцы — преимущественно черниговские и харьковские" (т.е. украинцы).
Стр. 133: "на Украине большевики имеют всего около 25.000 войска. Из них — меньше половины русских, а из них 5.000 китайцев". (Значит, великороссов всего 7.500).
Приводить еще выдержки нет смысла, ибо для всякого все понятно и из приведенных четырех.
Свидетельства украинского премьера заслуживают того, чтобы на них обратить особое внимание и сделать ряд, единственно возможных, логических выводов: — что Украина вовсе не была завоевана великороссами, а освоена пропагандой большевистских идей, за которыми пошла активная политическая часть населения Украины, которая и вынудила к бегству Директорию.
Второй вывод: социальные, общероссийские лозунги большевиков оказались сильнее национально-шовинистических лозунгов Ц. Рады и Директории. Третий вывод: — гражданская война на Украине вовсе не была борьбой за национальное освобождение украинского народи, а — социальной революцией, как и во всей России. Четвертый и последний вывод: — группа украинских сепаратистов-шовинистов, вовсе не отражала волю населения Украины в годы гражданской войны и не имеет никакого, ни формального, ни морального права выступать от имени Украины теперь.
Но в те бурные времена ни с формальным, ни с моральным правом никто не считался и Директория провозгласила Трудовой Конгресс "выразителем воли украинского народа".
Две основные социалистические партии того времени: эсеры и эсдеки к моменту созыва Конгресса были в состоянии почкования, делясь на отдельные, непримиримые друг к другу, фракции. О делении эсдеков и отколе от них "независимых" эсдеков уже сказано выше. Эсеры поделились на целых три фракции: "правых", "центр" и "левых"-"боротьбистов". Каково было их настроение, видно из решения конференции эсеров "центра", 28-го января. Оно гласит: "партия стоит на базе социалистической революции и принимает советскую форму власти на Украине" (Мазепа, стр. 95). Напомним, что к этому "центру" принадлежал Грушевский и виднейшие лидеры эсеров. "Боротьбисты" стояли еще левее и трудно было провести разницу между ними и большевиками.
Не удивительно потому, что партии не могли сговориться даже о составе Президиума Конгресса. В результате, Президиум почти полностью составили делегаты-галичане, а возглавил его галичанин С. Витик, социалист-марксист.
"В напряженной обстановке происходили заседания Конгресса в Городском Театре, битком набитом публикой, в солдатских шинелях и, конечно, при оружии. У многих на поясах бомбы. Публика бурно реагировала на выступления ораторов, начиная от: "слава!" и кончая свистом и матерной руганью... Волны махорочного дыма, шум, угрозы, одобрение... А издали доносится канонада — к Киеву подходят большевики. Генерал Греков сообщает Конгрессу, что они уже в Семиполках"... — так описывает заседание Конгресса, один из его участников.
Но все же Конгресс вынес решение о слиянии Украинской Народной Республики с Западно-Украинской Народной Республикой в одно государство — "Соборную Украину", что и было оглашено, по установившемуся церемониалу, на Софийской площади, под канонаду из-за Днепра и при полном равнодушии жителей столицы к этому "историческому акту".
К моменту слияния правительства обоих сливающихся государств уже висели на волоске и готовились к бегству: Киевское — на Запад; Западно-Украинское — на Восток. Вскоре они и встретились в районе бывшей русско-австрийской границы. Как отдельные Правительства с отдельными армиями.
Хотя решение Трудового Конгресса о слиянии и состоялось, но оно не было ратифицировано Украинским Учредительным Собранием, как это обусловила Зап.-Укр. Народная Республика потому и не могло быть осуществлено. Украинское же Учредительное Собрание так никогда и не было созвано.
Вторым решением Конгресса было нечто вроде декларации с благодарностью Директории за все ею содеянное, подтверждение изданных ею законов, в том числе и об упразднении права собственности на землю, и поручение вести и дальше все дела, до следующей сессии Трудового Конгресса (которая никогда по состоялась).
Говоря о работе Конгресса, нельзя, обойти молчанием сенсационное выступление Винниченка о сотрудничестве украинских социалистов с большевиками во время Гетмана. Его товарищ по партии и Правительству, И. Мазепа, рассказывает содержание этого выступления: "незадолго перед восстанием против Гетмана, между украинскими социалистическими партиями и представителям российских большевиков Таковским и Мануильским состоялось соглашение: Советская Россия согласилась признать самостийность Украинской Народной Республики и демократический строй на Украине. Украинская Народная Республика обязалась обеспечить легальное существование на Украине партии коммунистов, а также нейтралитет в борьбе Советской России с ее внешними врагами. Во время противогетманского восстания большевики не дали нам никакой помощи, да мы ее и не ожидали. Мануильский заявлял, что они абсолютно ничего не могли прислать нам из России. Но когда, возглавляемое Директорией, восстание начало побеждать, а из Одессы послышались угрозы Антанты, у большевиков сразу нашлись силы. Они занимают Гомель и начинают наступление против нас на Черниговщине и Харьковщине. В Харькове большевики, во главе с Пятаковым, Артемом и другими выпускают воззвание, в котором заслугу свержения Гетмана приписывают себе и провозглашают советскую власть на Украине. Такого вероломства со стороны большевиков украинские социалисты не ожидали!" ("Украина в огне и буре революции", стр. 89).
Публичное признание Винниченком сотрудничества с большевиками чрезвычайно ценный документ для понимания настроений украинских социалистов, имевших тогда власть над Украиной. Интересно оно еще и потому, что дает основание поставить вопрос, как могли они пойти на соглашение с большевиками, о которых писали, как о злейших врагах, всего украинского народа вообще. Тот же самый Винниченко в своей пьесе "Между двух сил", в стиле самой дешевой агитки, представляет расправу большевиков со "всякими проявлениями украинского духа" во время их пребывания на Украине до прихода немцев. Например, он пишет об "сжигании всех украинских книг" и тому подобную заведомую ложь. Не отстает от Винниченко и Мазепа, и в своих воспоминаниях о том же периоде пишет: "большевики тысячами расстреливали людей, которые говорили по-украински"... "даже таких, которые были сторонниками советской системы, за то только, что они были... украинцами" (стр. 42).
Пишут это два бывшие премьеры Украины, отлично знающие, что ничего подобного в действительности не было; что существовали чисто украинские большевики (Коцюбинский, Шахрай, Загонский, Щорс, Любченко, Шуйский, Боженко и др.); что именно от этих украинских большевиков, под натиском украинских же большевистских частей каждый раз бежали их правительства, лишенные поддержки собственного народа.
А третий украинский премьер — Б. Мартос, чтобы подтвердить ложь своих коллег о "завоевании москалями" Украины, счел возможным, как доказательство, что Украина была оккупирована "москалями", написать, что он "собственными глазами видел, что входившие в Киев, в 1918 г., большевистские части были в "русской форме" ("Украинский Сборник", кн. 1). О том же, что тогда никакой другой формы, кроме "русской" не было и к ней ходили все самостийники (а, возможно, и сам Мартос), он счел допустимым умолчать.
Это "свидетельство" Мартоса достойно особого внимания потому, что оно демонстрирует, как степень объективности сепаратистических ученых, к которым причисляет себя Мартос, так и качество того материала, на котором сепаратисты создают свою извращенную историю Украины.
Но, все это писалось и пишется в эмиграции, когда борьба уже кончена, — в целях самооправдания и в надежде на реальные выгоды, от такого извращения фактов из совсем недавнего прошлого.
Тогда же, в годы революции, и говорилось, и писалось, и декларировалось, и делалось нечто совсем другое, нашедшее яркое отражение в способе созыва, составе, настроениях и решениях Трудового Конгресса и главных партий.
Участники этого "выразителя воли всего украинского народа", в конце января, по деликатному выражению И. Мазепы, "разъехались". В действительности же, "разъезжаться" им было некуда, т.к. почти вся Украина уже была под властью большевиков, а потому, они, как писал один из участников Конгресса, "рассеялись и растворились в массах". Часть успела бежать с Директорией и пережила с ней всю, по меткому выражению покойного проф. Гребинки, "колесную эпоху", т.е. время, когда Директория передвигалась в вагонах, а народ говорил: — "На колесах Директория — под колесами вся территория!.."
2-го февраля 1919 г. Директория, Правительство, многочисленные лидеры разных партий, часть членов Трудового Конгресса и часть служащих государственных учреждений, а также "вооруженных сил" Украинской Народной Республики бежали из Киева, в направлении на Винницу. Население столицы провожало их насмешками, особенно, ненавидимых в Киеве, "сечевых стрельцов" или "австрийцев", как их называли в Киеве и считали "чужими". О враждебных настроениях украинцев к галичанам-"стрельцам" рассказывает украинский премьер Мазепа со слов самого их командира — Е. Коновальца, который 11 марта 1919 г. в разговоре с Ц. К. эсдеков сказал: "особенно тяжело влияет на настроение наших стрельцов неблагожелательное отношение населения к нам" (стр. 124, "Украине в огне и буре революции.")
Бегством Директории из Киева, закончился ее 45-дневный "киевский период" и начался длинный период "пребывания на колесах", который завершился покаянием перед большевиками и переходом к ним на службу одной части деятелей времен Директории (более крупного калибра) и уходом в эмиграцию другой ее части (калибром поменьше). Как известно, покаялись: сам Грушевский, дни премьера — Голубович и Винниченко, военный министр и главковерх — Порш и Тютюнник. "Вождей" же, мелких, министров "колесного периода" и кандидатов на эти посты в эмиграции оказалось не мало. Поделились они на разные группы, не столько по признаку расхождения партийных программ, сколько по так называемым "ориентациям": польской, французской, английской, немецкой. Получая соответствующие поддержки от соответствующих государств, они выступали от имени населения Украины так, как будто бы они были полноправные и правомочные ее представители. Многочисленные же "дипломатические" миссии Украины, сформированные и разосланные во многие страны в "киевский период" Директории, быстро перешли на положение эмигрантов и слились с остальной массой незадачливых вождей Украины, пытавшихся не раз силой иностранных штыков навязать свою волю населению Украины, как до, так и после Директории.
Декабрь 1918-го и январь 1919 гг., были временем производства "украинских дипломатов", чисто "стахановскими" темпами и количествами. Темпы были нужны, чтобы успеть поскорее уехать; количество определялось давлением массы дальновидных и пронырливых, самоуверенно-назойливых и трусливых социалистических вождей, стремившихся свою "борьбу" продолжать в безопасности, в европейских столицах. Характерно, что за все время "борьбы" не был не только убит, но даже ранен ни один из "вождей" и самостийнических генералов. А стреляли тогда часто и крови, поверившей "вождям", молодежи пролито не мало. Объяснений этого, исключительно счастливого для драгоценных особ своих вождей и генералов обстоятельства, сепаратистические историки и мемуаристы не дают, предоставляя догадываться о причинах своим читателям. Зато яркую характеристику этих вождей дает украинец, С. Шелухин, называя их "господствующей демагогической частью украинской интеллигенции". Вот что пишет о них этот бывший самостийннческий сенатор и министр, вращавшийся в их среде и хорошо их знавший:
"Работа этой части интеллигенции, хотя и незначительной, но благодаря духовной дефективности и патологической жажде власти над народом и всем — была разрушительной. На деле они показали себя бездарной и разрушительной силой, лишенной от природы конструктивного мышления. Я два раза, по необходимости, был министром юстиции и оба раза отказался, после попытки работать продуктивно в составе неспособного партийного большинства. Проявив жажду власти, эти люди создавали негодные правительства, какие уничтожали свободу нации и не выявляли ни малейшей способности к конструктивной работе. Узость понимания, свойство думать по трафарету, недостаток критики, самохвальство, нетерпимость к инакомыслящим, упрямство, неспособность разобраться в фактах, непригодность предвидеть и делать выводы из собственных поступков, неустойчивость и недостаток чувства настоящей ответственности за работу — их отличительные свойства".... ("Украина", Прага, 1П36 г.).
Зная всю деятельность этой, по выражению министра Шелухина, "демагогической части украинской интеллигенции", как во все периоды Центр. Рады и Директории, так и в эмиграции, нельзя не признать, что характеристика эта правильна, прибавив к этому, что она полностью применима не только к прошлому, но и к деятельности лиц, выступающих от имени украинского народа в эмиграции после второй Мировой Войны.
Вот эти то люди 2-го февраля 1919 г. оставили Киев, чтобы, по их словак, "бороться" за Украину. Народ за ними не пошел. Подавляющее большинство отошло от всякой политики вообще, а политически-активное меньшинство отдало свои симпатии или большевикам или русским "белогвардейцам".
| перевозка катеров |