мое здоровье и надЪлило ревматизмомъ.
Въ ГнасЪ началось новое страданіе. Ежедневная явка въ жандармское управленіе, ограниченіе свободы передвиженія до 7 km, въ окрестности, враждебное отношеніе мЪстныхъ жителей нЪмцевъ, дЪлали жизнь невыносимой. Тоска по роднымъ, отсутствіе извЪстій изъ родины и недостатокъ занятія убивали нравственно заточенцевъ, которыхъ число съ временемъ увеличивалось. Девятнадцать священниковъ и 23-хъ мірянъ обоего пола и разнаго возраста влекло тяжелую жизнь въ непривЪтливой чужбинЪ, гдЪ умерли священники: Мих. Гандякъ изъ Березки, Миронъ Черлюнчакевичъ изъ Крукеничъ и учителя: Гр. Задорожный изъ Джурина, І. Кульматицкій изъ Яворова - Наконечнаго. Ссыльные жили въ ГнасЪ два года. Когда же освобожденіе галичанъ было объявлено съ австрійской пардаментской трибуны, тогда одни были отпущены на свободу, a болЪе опасные для австрійскихъ властей были задержаны въ ГнасЪ.
Въ послЪднихъ дняхъ іюня, 1917 г., мнЪ было разрЪшено вмЪстЪ съ пок. свящ. Феод. Капко изъ Демянова переЪхать изъ Гнаса въ Drahotuse на Моравіи. Среди чеховъ началась совершенно иная жизнь. ВпослЪдствіи прибыли къ намъ изъ ВЪны священники: о. Маркелъ Раставецкій изъ Громна, о. Іоаннъ Мащакъ изъ Липицы Верхней и о. Николай Винницкій изъ Галича.
Въ ГнасЪ настоятель римско-кат. прихода разрЪшилъ только одному изъ нашихъ священниковъ служить въ мЪстномъ костелЪ, здЪсь же въ Drahotuse д-ръ Францъ Prikryl, извЪстный чешскій исторіографъ, весьма сочувственно относился къ нашимъ священникамъ, разрЪшая всЪмъ безъ исключенія жить въ своемъ костелЪ. Чехи откровенно оказывали свои симпатіи русскимъ галичанамъ.
Австрія опять заняла Галицію и заточенцамъ было разрЪшено вернуться домой. Въ половинЪ сентября авторъ статьи вернулся на свой приходъ въ Ладанцы, a на слЪдующій день явился ко мнЪ жандармъ, арестовавшій его 1914 г. Съ любопытствомъ, присущимъ ребенку, разсматривалъ онъ мои документы не подозрЪвая, что черезъ годъ тюрьма народовъ Австрія будетъ вычеркнута изъ списка великихъ европейскихъ государствъ.
|